Зато Том любил поговорить и к тому же знал
испанский отменно.
В подвале были скамья и четыре циновки...
— Не, Иван, ты как приедешь, ты перво наперво… Слышь? Ты как приедешь, ты… Слышь! Ваня, слушай сюда!.. Ты как приедешь…
— Ты дай сперва приехать, елки зеленые! — все злился Ванька...
Мой друг с живым интересом выслушал эту длинную горячую речь, каждое
положение которой подкреплялось энергичным ударом мускулистой руки по
колену...
Просидев два часа на корточках под прилавком с посудой. Боб Грейнджер
почувствовал, что у него затекли ноги. Он шевельнулся, желая неприметно
изменить позу, и увесистая клюшка для гольфа с грохотом скатилась на пол с
его колен.
- Тсс, - шепнула Джейнис; она крепко сжимала железную дубинку.
- Не думаю, чтобы он появился, - сказал Боб.
- Сиди тихонько, милый, - по-прежнему шепотом ответила Джейнис,
напряженно вглядываясь в темноту.
Пока еще ничто не предвещало появления вора. Но вот уже целую неделю
он приходил сюда каждую ночь, таинственно похищая генераторы, холодильники
и кондиционеры. Таинственно - ибо не взламывал замков, не вырезал оконных
стекол и не оставлял следов. Тем не менее каким-то чудом он забирался в
магазин и каждый раз наносил изрядный урон их добру.
- Вряд ли из нашей затеи что-нибудь выйдет, - зашептал Боб. - В конце
концов, если человек способен унести на спине генератор весом в несколько
сот фунтов...
- Ничего, управимся, - возразила Джейнис с уверенностью, благодаря
которой в свое время получила звание старшего сержанта Женского
мотопехотного корпуса. - Кроме того, должны же мы как-то унять его: ведь
из-за этого откладывается наша свадьба.
Боб кивнул. На свои армейские сбережения они с Джейнис открыли в
родном городке универсальный магазин и собирались пожениться, как только
позволит доход. Однако если пропадают холодильники и кондиционеры...
- Кажется, я что-то слышу, - заметила Джейнис и перехватила дубинку
поудобнее.
Где-то в магазине раздался едва уловимый шорох. Они затаили дыхание.
Затем послышались приглушенные шаги - кто-то ступал по линолеуму.
- Когда он выйдет на середину зала, - прошептала Джейнис, - включай
свет.
Наконец они различили в темном зале какое-то черное пятно. Боб
включил свет и крикнул: "Ни с места!"
- Не может быть! - ахнула Джейнис, чуть не выронив дубинку. Боб
обернулся и судорожно глотнул воздух.
Перед ними стоял детина ростом добрых три метра. На лбу его явственно
проступали рожки, за спиной мотались крохотные крылышки. Одет он был в
шаровары из грубой бумажной ткани индийского производства и белый
спортивный свитер с алыми буквами на груди: "Политехнический им. Иблиса".
На огромных ножищах красовались поношенные белые башмаки из оленьей кожи,
а светлые волосы были подстрижены бобриком.
- Проклятье! - пробормотал незваный гость, увидев Боба и Джейнис.
... Он питал слабость к гардениям и геральдике, отличаясь
во всем остальном совершенным здравомыслием. Мисс Вирджинии Е. Отис шел
шестнадцатый год. Это была стройная девочка, грациозная, как лань, с
большими, ясными голубыми глазами. Она прекрасно ездила на пони и, уговорив
однажды старого лорда Билтона проскакать с ней два раза наперегонки вокруг
Гайд-парка, на полтора корпуса обошла его у самой статуи Ахиллеса; этим она
привела в такой восторг юного герцога Чеширского, что он немедленно сделал
ей предложение и вечером того же дня, весь в слезах, был отослан своими
опекунами обратно в Итон. В семье было еще двое близнецов, моложе Вирджинии,
которых прозвали "Звезды и полосы", поскольку их без конца пороли. Поэтому
милые мальчики были, не считая почтенного посла, единственными убежденными
республиканцами в семье.
От Кентервильского замка до ближайшей железнодорожной станции в Аскоте
целых семь миль, но мистер Отис заблаговременно телеграфировал, чтобы им
выслали экипаж, и семья двинулась к замку в отличном расположении духа.
Был прекрасный июльский вечер, и воздух был напоен теплым ароматом
соснового леса. Изредка до них доносилось нежное воркование лесной горлицы,
упивавшейся своим голосом, или в шелестящих зарослях папоротника мелькала
пестрая грудь фазана. Крошечные белки поглядывали на них с высоких буков, а
кролики прятались в низкой поросли или, задрав белые хвостики, улепетывали
по мшистым кочкам. Но не успели они въехать в аллею, ведущую к
Кентервильскому замку, как небо вдруг заволокло тучами, и странная тишина
сковала воздух. Молча пролетела у них над головой огромная стая галок, и,
когда они подъезжали к дому, большими редкими каплями начал накрапывать
дождь...
