Малверн закрыл входную дверь, оглядел номер,
затем вернулся в прихожую, поднял с пола семизарядный автоматический
пистолет 22-го калибра с костяной ручкой, который тускло мерцал на фоне
плинтуса...
Лоис превратилась в миссис Тэддертон, и Тэггетты восприняли это
довольно спокойно. Теперь не принято в..
Уже после того Томас Блейн иногда раздумывал над тем, как ему
пришлось умереть, и чувствовал, что это могло бы произойти более
интересным образом. Почему не могла к нему прийти смерть в момент сражения
с тайфуном, или в схватке с тигром, или при покорении отшлифованного всеми
ветрами горного склона? Отчего смерть его была такой заурядной, обычной,
ничем не примечательной?
Но именно такого рода смерть, как он понимал, и была суждена ему в
соответствии с его натурой. Несомненно, он должен был окончить
существование именно таким, быстрым, обычным, безболезненным и неопрятным
способом, каким он и погиб. К тому вела вся его жизнь: неясный намек в
детские годы, явное обещание во время учебы в колледже и неумолимая
определенность в возрасте тридцати двух лет.
И все же, даже будучи совершенно ординарной, смерть остается самым
интересным событием в жизни. И Блейн думал о ней с неослабевающим
напряжением. Он должен был знать все о тех минутах, о тех последних
драгоценных секундах, когда его собственная смерть поджидала его,
затаившись на ночном шоссе в Нью-Джерси. Не было ли какого-то
предупреждающего знака, намека? Что он успел или не успел сделать? О чем
он думал?
Это были решающие секунды. Каким же именно образом он погиб?
Он ехал по пустынному прямому шоссе, фары бросали далеко вперед снопы
света, ночная тьма безостановочно отступала перед мчащимся автомобилем.
Спидометр показывал семьдесят пять миль в час. Далеко впереди он заметил
отсвет фар, навстречу шла машина, первая за многие часы пути.
Блейн возвращался в Нью-Йорк после недельного отпуска, проведенного в
домике на берегу залива Чезапик Бей. Он удил рыбу, плавал, дремал на
солнце, растянувшись на грубо отструганных досках причала. Как-то он
отправился на своем шлюпе в Оксфорд и весь вечер танцевал в яхт-клубе. Он
познакомился с какой-то глупой бойкой девицей в голубом платье, и она
сказала, что он выглядит совсем как покоритель Южных морей, такой же
загорелый и высокий, и в рубашке-хаки. На следующий день он вернулся
обратно в свой домик, лежал на досках причала и, дремля, мечтал, как он
загрузит шлюп консервами и отправится на Таити. О, Раиатеа, и горы Муреа,
и Свежий попутный ветер...
Но между ним и Таити простирались континент и океан, а также другие
препятствия. Мысль была хороша для дремы на солнышке, но явно не для того,
чтобы привести ее исполнение в жизнь. Теперь он возвращался в Нью-Йорк, к
своей работе младшего конструктора яхт в известной старой фирме "Матисон и
Петерс".
Фары встречной машины приближались.
... Веселенький и
слегка под хмельком.
-- Фу,--- говорит, -- пропасть какая. Я -- говорит,---думал, что высшая
мера, а оно ничего похожего. Вызвали меня для одной справки. В роде как
свидетелем. Я уж, --- говорит, -- дорогие родственнички, от превеликой
радости в ресторации лишние полчаса просидел. Извиняюсь за тревожное
волненье. .
Тут, конечно, происходит немая сцена в проданной квартире.
Однако, нэпман Горбушкин ничуть даже не огорчился. .
-- Это, -- говорит, -- прямо даже очень великолепно, что запродались.
Все мы по краешку ходим. А оно без имущества много спокойней и благородней.
После небольшого фокстрота родственники осторожно разошлись по домам.
МЕРСИ
В этом году население еще немножко потеснилось.
С одной стороны, конечно, нэпманы за город выехали во избежание разных
крупных недоразумений и под влиянием декрета. С другой стороны, население
само уплотнилось, а то в тройном размере платить не каждому интересно.
И, безусловно, уничтожение квартирного института тоже сыграло
выдающуюся роль.
Так-что этот год очень даже выгодно обернулся в смысле площади.
Если каждый год такая жилплощадь будет освобождаться-- это вполне
роскошно, это новых домов можно пока что не возводить.
В этом году очень многие пролетарии квартирки и комнатки заимели путем
вселения. Вот это хорошо!
Хорошо, да не совсем. Тем более, это вселение производят без особого
ума. Только бы
вселить. А чего и куда и к кому - в это, безусловно, не входят.
Действитльно верно, особенно входить не приходится в силу такого
острого кризиса.
Но, конечно, хотелось бы, если нельзя сейчас, то в дальнейшем иметь
некоторую точность при вселении...
