На следующей неделе в Бирме разобьется самолет, но здесь, в
Нью-Йорке, мне это не навредит. Фиги тоже не причинят мне вреда - ведь
дверцы всех шкафов у меня закрыты.
Нет, самая большая проблема - гуньканье. Мне нельзя гунькать.
Абсолютно. Можете представить, как мне это мешает.
И в довершение всего я серьезно простудился.
Все началось вечером седьмого ноября. Я шел по Бродвею в кафетерий
Бейкера. На моих губах играла легкая улыбка, потому что недавно днем я
сдал трудный экзамен по физике. В кармане у меня побрякивали пять монет,
три ключа и коробок спичек.
Для завершения картины позвольте добавить, что ветер дул с
северо-запада со скоростью пять миль в час, Венера восходила, а Луна явно
начинала толстеть и горбатиться. Можете делать из этих фактов собственные
выводы.
Я дошел до угла 98-й улицы и начал переходить на другую сторону. Едва
я сошел с тротуара, как кто-то заорал:
- Грузовик! Берегись грузовика!
Я прыгнул обратно, ошарашенно озираясь. Рядом никого не было. И тут,
целую секунду спустя, из-за угла на двух колесах выскочил грузовик,
проехал на красный свет и с ревом умчался вверх по Бродвею. Не будь я
предупрежден, он бы меня наверняка сбил.
Все вы слышали подобные истории, не так ли? О странном голосе,
предупредившем тетю Минни не входить в лифт, который затем рухнул в
подвал. Или, может быть, он отсоветовал дядюшке Джо не плыть на
"Титанике". На этом такие истории обычно заканчиваются.
Как мне хочется, чтобы и моя история закончилась так же.
- Спасибо, друг, - сказал я и огляделся, но никого не увидел.
- Ты все еще слышишь меня? - спросил голос.
- Конечно, слышу, - я сделал полный оборот и с подозрением уставился
на закрытые окна над головой. - Но где же ты, черт меня подери?
- Ненаблюдаемость, - ответил голос. - Это имеет отношение?
Коэффициент преломления. Нематериальное существо. Аллах знает что. Я
подобрал нужное выражение?
- Ты невидимый? - осмелился я.
- Вот, правильно!
- Но _к_т_о_ ты?
- Валидузианский дерг.
- Кто?
- Я... раскрой, пожалуйста, гортань чуть пошире. Надо подумать. Я -
Дух Рождественского Прошлого. Существо из Черной Лагуны. Невеста
Франкенштейна.
... Общий вид сарая с флагом
над крышей. Подошел почтальон к сараю. Крупная надпись:
ШТАБ КОМАНДЫ
Почтальон опускает письмо в висячий фанерный ящик.
Дергает ручку. Раздается звонок.
И почти одновременно ящик с письмами по веревке ползет наверх.
По дачной улице с портфелем идет Тимур.
Он шагает прямо, пожалуй, даже преувеличенно деловито. За ним с
прохладцей, вразвалочку идут Артем и Юрка.
У поворота, в кустах за забором, - подозрительная четверка ребят вместе
с их вожаком Фигурой. Вдруг четверка насторожилась: шагает Тимур.
Четверка слегка попятилась к забору, ребята принимают
рассеянно-равнодушный вид. Один из них торопливо прячет за спину окурок.
Увидав ребят, Тимур остановился.
Сопровождающие его Артем и Юрка мгновенно подтянулись: не будет ли боя?
Но Фигура несколько иронически и в то же время опасливо стягивает с
головы картузишко и, кланяясь, говорит:
- Знаменитому капитану почет и уважение...
Ничего не сказав, Тимур повернулся, шагнул, и опять вразвалочку
двинулись за ним сопровождающие.
Выпятив грудь и скорчив гримасу, передразнивает Фигура тимуровскую
походку и показывает ему вдогонку кулак.
Тимур оборачивается.
Фигура быстро делает вид, что эта гримаса относится к одному из его
приятелей.
С полными ведрами наперерез Тимуру выскакивают Симаков и Левка.
Тимур (останавливая их):
- Почему днем? Почему не ночью - тайно?
Симаков (со вздохом):
- Тайно больше ничего не выходит...
