Но подозрение все-таки мелькнуло, и то слава Богу. А вот Оран,
напротив, город, по-видимому никогда и ничего не подозревающий, то есть вполне
современный город. Поэтому нет надобности уточнять, как у нас любят...
Врали: "народа- свобода, &..
Гентер засучил промокший рукав и сунул в щель голую руку. Кто то внутри схватил его за кисть. Тотчас Гентер почувствовал прикосновение чего то мягкого и липкого. «Клеймо», — подумал ..
В дверь Герстона резко постучали, а в следующую секунду бешено загремел
колокольчик. Судя по всему, пришедший намеревался звонить до победного
конца. Худший момент для визита было трудно придумать, ибо Герстон как раз
намеревался погрузиться в "Уют-Комфорт" -- программу Глубокого Синего Сна,
разработанную добрыми людьми из Бюро Бессознательных Приключений для
любителей поразвлечься в часы, на которых обычно принято ставить крест.
Подумать только: во время сна можно испытать настоящие возбуждение,
восторг, любовь и смех! Многое изменилось с тех пор, когда каждые сутки
людям приходилось укладываться в темной комнате часов на восемь и переводить
сознание в режим ожидания.
Человечество совсем недавно вырвалось из плена сна, своего древнейшего
врага, вынуждавшего людей проводить третью часть жизни в бессмысленном и
отупляющем валянии в постели. Взамен они получали смутные и чаще всего
неудовлетворительные образы, которые могли с грехом пополам объяснить только
высокооплачиваемые специалисты.
Затем наступило время программ Глубокого Синего Сна. В загадочное
королевство Сознания смогли заглянуть простые смертные. Для этого больше не
требовался университетский диплом по специальности "психоделическая
психология".
В причудливом новом мире можно было даже разбогатеть. Лучше всего,
конечно, на какой-либоруководящей должности. Если же все хлебные места
оказывались заняты, всегда находилась работенка попроще. Последнее
обстоятельство особенно радовало тех, кто не мог ничего заработать в
бодрствующем состоянии.
Возможности путешествия внутрь самого себя оказались поистине
безграничны. При помощи автоматической электронной службы, доступной по цене
практически всем гражданам среднего класса, люди могли подключиться к
"Уют-Комфорту" и отправить собственную душу странствовать по Персональному
Коридору Сна, что заканчивается у самых Врат Смерти (высоких и железных,
если верить большинству описаний).
Как правило, от желающих совершить путешествие не было отбоя, наиболее
отважные парочки мечтали зарегистрировать свой брак в Зоне Забвения. Как бы
то ни было, задерживаться у самых Врат не рекомендовалось. Компания до сих
пор не добилась полного контроля над Смертью. Никто не давал гарантии
безопасности, хотя, конечно, предпринимались все мыслимые и немыслимые меры
предосторожности.
Герстон не собирался осматривать Врата Смерти, приберегая это
развлечение до более мрачных времен. Водопад Творческих Устремлений он тоже
пропустил, справедливо рассудив, что творчество может подождать.
... Роберт не стал спорить, философски подумав: "
Что же, это театральный ресторан. Есть много других, где меня посадят на
лучшие места, а актеры должны быть счастливы только от того, что их пустили
на порог".
Виржиния по=удобнее устроилась на банкетке, достала очки и внимательно
оглядела зал. Минуту спустя положила очки на стол и повернулась к Роберту.
- Чего ты улыбаешься?
- Потому что ты всем довольна.
- Кто сказал, что я всем довольна?
- Ты обозрела территорию и сказала себе: "Вот и чудненько. Я тут самая
красивая и теперь могу насладиться ужином.
- Какой ты у нас проницательный, - Виржиния улыбнулась. - Ну очень
проницательный мужчина.
* * *
Подошел официант, они заказали спагетти и полбутылки "кьянти" и
наблюдали, как ресторан заполняется недавними зрителями, актерами, до конца
не смывшими грим, и высокими, ослепительно красивыми девушками в норковых
манто, игравшими в мюзиклах. Роберт ел с жадностью, а вино пил не спеша,
смакуя каждый глоток.
- Сегодняшняя пьеса мне понравилась, - говорила Виржиния, наматывая
спагетти на вилку, - и артисты играли от души, но, честно говоря, женские
роли в нынешних пьесах меня просто достали. Женщины или алкоголички, или
нимфоманки, или сводят сыновей с ума, или рушат жизнь двум или трем людям в
каждом акте. Будь я драматургом, я бы написала легкую, старомодную пьесу, в
которой героиня чиста, прекрасна и лепит мужчину из своего мужа, который
слаб, слишком много пьет и иной раз грабит босса, играя на бегах.
- Если бы я был драматургом, мы бы жили сейчас в Голливуде.
- И все=таки я готова спорить, что такая пьеса имела бы успех. Я готова
спорить, что люди хотят увидеть спектакль, посмотрев который можно сказать:
"Да, именно так и вела себя мама, когда у папы возникли проблемы в банке и
из Нью=Йорка к нему приезжали двое мужчин в штатском"...
