Произведение размещено на сайте Российской Литературной Сети www.sheckley.ru. Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам. Администратор сайта: Андрей Таиров. Желаем Вам приятного чтения!

Роберт Шекли. Защитник

     На следующей неделе в Бирме разобьется самолет, но здесь, в Нью-Йорке, мне это не навредит. Фиги тоже не причинят мне вреда - ведь дверцы всех шкафов у меня закрыты.
     Нет, самая большая проблема - гуньканье. Мне нельзя гунькать. Абсолютно. Можете представить, как мне это мешает.
     И в довершение всего я серьезно простудился.
     Все началось вечером седьмого ноября. Я шел по Бродвею в кафетерий Бейкера. На моих губах играла легкая улыбка, потому что недавно днем я сдал трудный экзамен по физике. В кармане у меня побрякивали пять монет, три ключа и коробок спичек.
     Для завершения картины позвольте добавить, что ветер дул с северо-запада со скоростью пять миль в час, Венера восходила, а Луна явно начинала толстеть и горбатиться. Можете делать из этих фактов собственные выводы.
     Я дошел до угла 98-й улицы и начал переходить на другую сторону. Едва я сошел с тротуара, как кто-то заорал:
     - Грузовик! Берегись грузовика!
     Я прыгнул обратно, ошарашенно озираясь. Рядом никого не было. И тут, целую секунду спустя, из-за угла на двух колесах выскочил грузовик, проехал на красный свет и с ревом умчался вверх по Бродвею. Не будь я предупрежден, он бы меня наверняка сбил.

     Все вы слышали подобные истории, не так ли? О странном голосе, предупредившем тетю Минни не входить в лифт, который затем рухнул в подвал. Или, может быть, он отсоветовал дядюшке Джо не плыть на "Титанике". На этом такие истории обычно заканчиваются.
     Как мне хочется, чтобы и моя история закончилась так же.
     - Спасибо, друг, - сказал я и огляделся, но никого не увидел.
     - Ты все еще слышишь меня? - спросил голос.
     - Конечно, слышу, - я сделал полный оборот и с подозрением уставился на закрытые окна над головой. - Но где же ты, черт меня подери?
     - Ненаблюдаемость, - ответил голос. - Это имеет отношение? Коэффициент преломления. Нематериальное существо. Аллах знает что. Я подобрал нужное выражение?
     - Ты невидимый? - осмелился я.
     - Вот, правильно!
     - Но _к_т_о_ ты?
     - Валидузианский дерг.
     - Кто?
     - Я... раскрой, пожалуйста, гортань чуть пошире. Надо подумать. Я - Дух Рождественского Прошлого. Существо из Черной Лагуны. Невеста Франкенштейна. Я...
     - Помолчи, - сказал я. - Ты хочешь сказать... что ты дух или существо с другой планеты?
     - Это одно и то же, - ответил дерг. - Очевидно.
     Все стало совершенно ясно. И дураку было понятно, что голос принадлежал кому-то с другой планеты. Он был невидим на Земле, но его более тонкие органы чувств уловили приближающуюся опасность, и он меня предупредил.
     Самый обычный, повседневный сверхъестественный инцидент.
     Я торопливо зашагал вверх по Бродвею.
     - Что случилось? - спросил невидимый дерг.
     - Ничего, - ответил я, - если не считать того, что я вроде бы стою посреди улицы, разговаривая с невидимым инопланетянином из черт знает какого уголка космоса. Полагаю, лишь я один способен тебя слышать?
     - Да, естественно.
     - Прекрасно! Знаешь, куда меня могут завести подобные штучки?
     - Концепция твоей субвокализации мне не совсем ясна.
     - В приют для шизиков. В заведение для чокнутых. В загон для психов. Вот куда помещают людей, разговаривающих с невидимыми инопланетянами. Спасибо за предупреждение, приятель. Спокойной ночи.

     Почувствовав облегчение, я свернул на восток в надежде, что мой невидимый друг отправится дальше по Бродвею.
     - Ты не хочешь поговорить со мной? - спросил дерг.
     Я покачал головой - безобидный жест, за который к тебе не прицепятся - и зашагал дальше.
     - Но ты _д_о_л_ж_е_н_, - произнес дерг с оттенком отчаяния. Настоящий субвокальный контакт очень редок и поразительно труден. Иногда мне удается передать предупреждение, уже перед самым опасным моментом. Но затем связь ослабевает.
     Так вот чем объяснялось предчувствие тети Минни. Но у меня пока никакого предчувствия не было.
     - Нужные условия могу не совпасть еще сто лет! - простонал дерг.
     Какие условия? Побрякивание пяти монет и трех ключей одновременно с восходом Венеры? Наверное, это стоит исследовать - не не мне. Все эти супернормальные штучки доказать невозможно. Мне вовсе незачем пополнять ряды тех, кому завязывают на спине рукава смирительной рубашки.
     - Да отвяжись ты от меня, - сказал я. Полицейский одарил меня странным взглядом. Я глупо ухмыльнулся и заторопился прочь.
     - Я высоко ценю твою социальную ситуацию, - не отставал дерг, - но этот контакт в твоих же лучших интересах. Я хочу защитить тебя от бесчисленных опасностей человеческого существования.
     Я не стал отвечать.
     - Что ж, - сказал дерг, - я не могу тебя заставить. Придется предложить свои услуги в другом месте. Прощай, друг.
     Я удовлетворенно кивнул.
     - И последнее, - сказал он. - Держись завтра подальше от метро между полуднем и часом пятнадцатью. Пока.
     - Эй? Почему?
     - Кое-кто погибнет на станции Колумбус Серкл, будет большая толпа и его случайно столкнут под поезд. Тебя, если ты там будешь. Прощай.
     - Там завтра кто-то погибнет? - переспросил я. - Ты уверен?
     - Конечно.
     - И это будет в газетах?
     - Наверное.
     - И ты знаешь обо всех подобных случаях, так?
     - Я могу предвидеть направленные на тебя из протяженности времени опасности. Мое единственное желание - защитить тебя от них.
     Я стоял на тротуаре. Две девчонки захихикали, заметив, что я разговариваю сам с собой. Я пошел дальше.
     - Послушай, - прошептал я, - сможешь подождать до завтрашнего вечера?
     - Ты позволишь мне быть твоим защитником? - нетерпеливо спросил дерг.
     - Завтра скажу, - пообещал я. - Когда прочитаю вечерние газеты.

     Да, в газете действительно оказалась заметка. Я прочитал ее в своей меблирашке на 113-й улице. Человек, подталкиваемый толпой, потерял равновесие и упал перед приближающимся поездом. Это дало мне обильную пищу для размышлений, пока я поджидал появления моего невидимого защитника.
     Я не знал, что делать. Его желание защищать меня выглядело вполне искренним. Но я не знал, хочу ли я этого. И поэтому, когда час спустя дерг установил со мной контакт, вся идея нравилась мне еще меньше, чем раньше, о чем я ему и сказал.
     - Ты мне не доверяешь? - спросил дерг.
     - Я просто хочу жить нормальной жизнью.
     - Если ты вообще будешь жить, - напомнил он мне. - Тот грузовик прошлым вечером...
     - Но это же была нелепая случайность, такое бывает раз в жизни.
     - За всю жизнь достаточно умереть лишь один раз, - рассудительно заметил дерг. - Вспомни еще и про метро.
     - Это не в счет. Я не собирался сегодня ехать на метро.
     - Но у тебя не было причин _н_е_ ехать. Вот что важно. Точно так же, как у тебя нет причин не принять душ в течение ближайшего часа.
     - А почему мне не следует принимать душ?
     - Мисс Флинн, - сказал дерг, - что живет в конце коридора, только что оттуда ушла и оставила кусок мокрого розового мыла на розовом кафеле в ванной. _Т_ы_ мог на нем поскользнуться и растянуть лодыжку.
     - Это же не смертельно, а?
     - Нет. Вряд ли даже можно сопоставить с тяжелым цветочным горшком, оброненным с крыши не очень сильным старым джентльменом.
     - Когда это должно случиться?
     - А мне казалось, что тебе не интересно.
     - Очень интересно. Где? Когда?
     - Ты разрешишь мне защищать тебя?
     - Скажи мне только одно. Что ты с этого имеешь?
     - Удовлетворение! - воскликнул он. - Для валидузианского дерга нет большей радости, чем помочь другому существу избежать опасности.
     - Но не требуется ли тебе чего-нибудь другого? Какой-нибудь мелочи вроде моей души или господства над Землей?
     - Ничего! Принять плату за Защиту - значит уничтожить эмоциональные переживания. Все, чего я хочу от жизни - чего хочет каждый дерг - защищать кого-нибудь от опасности, которую тот не видит, но которую прекрасно видим мы. - Дерг умолк, потом мягко добавил. - Мы не ожидаем даже благодарности.
     Да, это и пересилило мои сомнения. Как мог я представить себе все последствия? Как мог я знать, что его помощь заведет меня в ситуацию, в которой мне нельзя гунькать?
     - Так что насчет горшка? - спросил я.
     - Его уронят на углу 10-й улицы и бульвара Мак-Адамс в половине девятого завтра утром.
     - Угол десятой и Мак-Адамс? Где это?
     - В Джерси-Сити.
     - Но я в жизни не бывал в Джерси-Сити! Зачем же меня об этом предупреждать?
     - Я не знаю, будешь ты там, или нет, - ответил дерг. - Я просто ощущаю опасности, где бы они ни могли проявиться.
     - И что мне теперь делать?
     - Что угодно, - ответил он. - Живи своей нормальной жизнью.
     Нормальной жизнью. Ха!

     Все началось вполне неплохо. Я ходил на занятия в университет, делал домашние задания, ходил в кино и на свидания, играл в настольный теннис и шахматы, все как раньше. Но никогда не забывал, что нахожусь под прямой защитой валидузианского дерга.
     Он приходил ко мне раз или два в день и говорил, к примеру: "Слабая решетка на Вест-Энд авеню, между 66-1 и 67-й улицами. Не наступай на нее.
     И я, конечно же, не наступал. Зато наступал кто-то другой. Я часто видел подобные заметки в газетах.
     Едва я ко всему привык, это дало мне чувство безопасности. Инопланетянин носился вокруг двадцать четыре часа в сутки, и все, чего он хотел в жизни - охранять меня. Сверхъестественный телохранитель! Это придавало мне огромную уверенность.
     Моя общественная жизнь за этот период не могла не измениться к лучшему.
     Но вскоре дерг стал чересчур мнительным. Он принялся отыскивать все новые и новые опасности, большинство из которых не имело отношения к моей жизни в Нью-Йорке - я должен был избегать их в Мехико, Торонто, Омахе, Папеете.
     Наконец я спросил его, не собирается ли он сообщать мне о каждой потенциальной опасности на Земле.
     - Это лишь немногие, совсем немногие из тех, что угрожают или могут тебе угрожать, - ответил он.
     - В Мехико? И в Папеете? А почему бы не ограничиться ближайшими окрестностями? Скажем, центром Нью-Йорка?
     - Местность для меня ничего не значит, - упрямо сказал дерг. - Мои предчувствия темпоральные, а не пространственные. Я должен защищать тебя от _в_с_е_г_о_!
     В своем роде это было довольно трогательно, и я ничего не мог с этим поделать. Мне просто приходилось вычеркивать из его сообщений многочисленные опасности в Хобокене, Таиланде, Канзас-Сити, Ангкоре (упавшая статуя), Париже и Сарасоте. Потом я добирался до местных предупреждений. По большей части я игнорировал опасности, поджидающие меня в Куинсе, Бронксе, Стэтен-Айленде и Бруклине, и концентрировался на Манхэттене.
     Однако терпение себя зачастую оправдывало. Дерг избавил меня от весьма неприятных испытаний, например, от ограбления в Кафедральном Парке, от вымогательства подростков и от пожара.

     Но он продолжал наращивать скорость. Все начиналось как один-два доклада в день. Через месяц он предупреждал меня уже пять или шесть раз в день. А под конец его предупреждения, местные, национальные и интернациональные, полились непрерывным потоком.
     Мне угрожало слишком много опасностей, невероятно много.
     Вот типичный день:
     "Несвежая пища в кафетерии Бейкера. Не ешь там сегодня вечером.
     У автобуса 312 в Амстердаме откажут тормоза. Не езди на нем.
     В магазине одежды Меллена протекает газовая труба. Возможен взрыв. Сдай одежду в химчистку в другом месте.
     Маньяк рыскает между Риверсайд-драйв и Централ-Парком. Возьми такси".
     Вскоре большую часть своего времени я проводил, чего-нибудь не делая и избегая разных мест. Казалось, опасность подстерегает меня под каждым уличным фонарем.
     Я начал подозревать, что дерг просто выдумывает свои предупреждения. Другого объяснения я не видел. В конце концов, до встречи с ним я прожил уже достаточно много лет, и прожил прекрасно. С какой стати риск для моей жизни так возрос?
     Я спросил его об этом как-то вечером.
     - Все мои сообщения совершенно реальные, - сказал он, явно немного обидевшись. - Если не веришь, попробуй завтра включить свет в аудитории, где будут проходить занятия по психологии.
     - И что?
     - Неисправная проводка.
     - Я не сомневаюсь в твоих предупреждениях, - заверил я его. - Я лишь знаю, что до твоего появления жизнь никогда не была для меня такой опасной.
     - Конечно, не была. Ты, разумеется, знаешь, что принимая защиту, ты должен принять заодно и ее последствия.
     - Какие, например?
     Дерг помедлил с ответом. - Защита возбуждает потребность во все новой защите. Это универсальная константа.
     - Повтори-ка, - попросил я с изумлением.
     - До встречи со мной ты был такой же, как все, и рисковал наравне со всеми. Но после моего появления твое ближайшее окружение изменилось. И твое положение в тем тоже.
     - Изменилось? Почему?
     - Потому что в нем появился я. Теперь ты до какой-то степени стал частью моего окружения, а я - твоего. И, конечно же, хорошо известно, что избегая одной опасности, открываешь путь другой.
     - Так ты пытаешься мне сказать, - очень медленно произнес я, - что риск для меня увеличился _и_з_-_з_а_ твоей помощи?
     - Это было неизбежно, - вздохнул он.

     В тот момент я с радостью придушил бы дерга, не будь он невидим и неощутим. Меня охватило яростное ощущение, что этот неземной жулик меня надул.
     - Ладно, - сказал я, беря себя в руки. - Спасибо за все. Увидимся на Марсе или где ты там обитаешь.
     - Ты не хочешь больше моей защиты?
     - Совершенно верно. Только не хлопай дверью, когда будешь уходить.
     - Но что я сделал не так? - искренне удивился дерг. - Да, риск для твоей жизни возрос, но что с того? Честь и слава тому, кто встречает опасность лицом к лицу и побеждает ее. Чем сильнее угроза, тем больше радость избавления от нее.
     Тут я впервые понял, насколько он не человек.
     - Но не для меня, - сказал я. - Проваливай.
     - Риск для тебя возрос, - не согласился дерг, - но моя способность предвидения более чем достаточна, чтобы с ним справиться. Я счастлив, предотвращая опасности. И продолжаю окружать тебя защитной сетью.
     Я покачал головой. - Я знаю, что будет потом. Риск для меня все время будет увеличиваться, ведь так?
     - Ничуть. В том, что касается несчастных случаев, ты уже достиг количественного уровня.
     - И что это значит?
     - Это означает, что дальнейшего увеличения числа несчастных случаев, которых тебе следует избегать, уже не будет.
     - Прекрасно. А теперь окажи мне любезность и мотай отсюда.
     - Но я же только что объяснил...
     - Конечно, конечно, никакого увеличения, лишь одни и те же прежние опасности. Послушай, если ты оставишь меня в покое, мое первоначальное окружение вернется, не правда ли? А вместе с ним и мой первоначальный риск?
     - Со временем, - согласился дерг. - Если ты выживешь.
     - Я рискну.
     Некоторое время дерг молчал, и наконец произнес: - Ты уже не можешь позволить себе отослать меня обратно. Завтра...
     - Не говори ничего. Я буду избегать несчастных случаев сам.
     - Я не о них говорю.
     - Тогда о чем?
     - Даже не знаю, как тебе и сказать, - встревоженно сказал он. - Я говорил, что количественных изменений больше не будет. Но ничего не сказал про _к_а_ч_е_с_т_в_е_н_н_ы_е_.

     - Это еще что такое? - рявкнул я.
     - Я пытаюсь сообщить, - сказал дерг, - что на тебя охотится гугнивец.
     - Кто? Это еще что за шуточки?
     - Это существо из моего окружения. Я так думаю, его привлекла твоя возросшая с моей помощью способность избегать опасностей.
     - К черту гугнивца и тебя вместе с ним.
     - Если он придет, постарайся отогнать его *with misletoe. Часто бывает эффективно и железо, если оно соприкасается с медью. И еще...
     Я бросился на кровать и накрыл голову подушкой. Дерг понял намек, и через секунду я почувствовал, что он ушел.
     Каким же я был идиотом! У нас, землян, есть общий недостаток: мы хватаем то, что нам дают, даже не задумываясь, нужно она нам, или нет.
     Так можно нарваться на крупные неприятности.
     Но дерг ушел, а вместе с ним и мои худшие неприятности. Некоторое время придется посидеть дома, пусть все само собой уляжется. И, наверное, через пару недель...
     Мне показалось, что я слышу гудение.
     Я сел на кровати. Один из углов комнаты странным образом потемнел, из него на лицо подул прохладный ветерок. Гудение стало громче - даже не гудение, а смех, низкий и монотонный.
     В этот момент никто не заставил бы меня чертить диаграмму.
     - Дерг, - завопил я. - Избавь меня от этого!
     Он тут же оказался рядом.
     - *Misletoe! Махни им на гугнивца, и все.
     - Да где, черт побери, я тебе раздобуду *?
     - Тогда железо и медь.
     Я бросился к столу, схватил медное пресс-папье и отчаянно завертел головой, отыскивая кусок железа. Пресс-папье вырвали у меня из руки, но я успел подхватить его на лету. Тут я увидел авторучку и прижал ее кончик к пресс-папье.
     Темнота исчезла. Холод пропал.
     Я понял, что выкарабкался.

     - Вот видишь? - торжествующе сказал дерг час спустя. - Тебе нужна моя защита.
     - Наверное, - уныло ответил я.
     - Тебе потребуются и кое-какие другие предметы, - сказал дерг. - *Wolfsbane, амаринт, чеснок, глина с кладбища...
     - Но ведь гугнивца больше нет.
     - Да. Но остались еще хрупалы. И тебе будет нужна защита от липов, фигов и мелгризера.
     Поэтому я составил список трав, компонентов и разной всячины. Я не стал утруждать его вопросами об этой связи между сверхъестественным и паранормальным. Моя беззащитность теперь была полной и окончательной.
     Духи и призраки? Или инопланетяне? Это одно и то же, сказал он, и я понят, что он имеет в виду. По большей части они нас не трогают. Мы находимся на разных уровнях восприятия, вернее, существования. До тех пор, пока человек не становится настолько глуп, что начинает привлекать к себе внимание.
     Теперь я вступил в их игру. Кто-то хотел меня убить, кто-то - защитить, но никому не было дела до _м_е_н_я_, даже дергу. Из интересовала лишь ценность моей фигуры в игре, вот и все.
     Во всей ситуации я был виноват лишь сам. Первоначально в моем распоряжении была аккумулированная мудрость всей человеческой расы, огромная расовая ненависть к колдунам и духам, иррациональный страх к чужеродной жизни. Потому что мое приключение уже происходило тысячи раз, а рассказ о нем пересказывался снова и снова - о том, как человек, занявшись странным искусством, вызвал к себе духа. Но сделав это, он привлек к себе внимание - худшее, что только могло произойти.
     Поэтому я теперь был неотделим от дерга, а он - от меня. До вчерашнего дня. Теперь я снова сам по себе.
     Пару недель все было спокойно. От фигов я избавился, приобретя простую привычку держать дверцы шкафов закрытыми. Липы оказались пострашнее, но их остановил жабий глаз. А мелгризер опасен только в полнолуние.
     - Ты в опасности, - сказал вчера дерг.
     - Опять? - поинтересовался я, зевая.
     - Нас преследует транг.
     - Нас?
     - Да, и меня, и тебя, потому что даже дерг должен подвергаться риску и опасности.
     - А этот транг очень опасен?
     - Очень.
     - Ну, так что надо сделать? Повесить над дверью змеиную шкуру? Нарисовать пентаграмму?
     - Ни то, ни другое, - сказал дерг. - От транга можно избавиться, лишь не совершая определенные действия.
     Теперь, когда на мне и так висело множество ограничений, я решил, что одним больше, или одним меньше - уже несущественно. - И чего мне нельзя делать?
     - Гунькать.
     - Гунькать? - нахмурился я. - И что это такое?
     - Ты наверняка знаешь. Это простое, ежедневное человеческое действие.
     - Наверное, я знаю его под другим названием. Объясни.
     - Хорошо. Гунькать - это значит... - Он внезапно умолк.
     - Что?
     - Он здесь! Транг!
     Я прижался к стене. Мне показалось, что в углу слегка зашевелилась пыль, но это можно было приписать и перенапряженным нервам.
     - Дерг! - завопил я. - Ты где? Что надо делать?
     Тут я услышал крик и звук, который ни с чем нельзя спутать - захлопывающиеся челюсти.
     - Я погиб! - крикнул дерг.
     - Что надо делать? - снова крикнул я.
     Послышался ужасающий хруст работающих зубов. И очень слабый голос дерга: - _Н_Е_ г_у_н_ь_к_а_й_!
     Потом наступила тишина.
     Поэтому я сейчас сижу, и не высовываюсь. На следующей неделе в Бирме разобьется самолет, но здесь, в Нью-Йорке, мне это не навредит. Фиги тоже не причинят мне вреда - ведь дверцы всех шкафов у меня закрыты.
     Нет, вся проблема в гуньканье. Я не _д_о_л_ж_е_н_ гунькать. Абсолютно. Если я смогу от этого удержаться, все пройдет, и охота на меня переместится куда-нибудь в другое место. Должна! Мне надо лишь переждать.
     Беда только в том, что я не имею ни малейшего понятия, чем может оказаться гуньканье. Дерг говорил, что это обычное человеческое действие. Так вот, на это время я избегаю почти любых действий, какие только могу.
     Я немного задремал, и ничего не произошло, так что это не гуньканье. Я вышел на улицу, купил еды, заплатил за нее, приготовил и поел. Это тоже не гунькание. Я пишу этот рассказ. И это тоже _н_е_ гуньканье.
     Когда-нибудь я из этого выберусь.
     Надо будет еще поспать немного. Кажется, простуда становится сильнее. Сейчас мне хочется чихну